Вишень Ли - Лисица с окраины леса... (fox_cherry_lee) wrote,
Вишень Ли - Лисица с окраины леса...
fox_cherry_lee

Конец цикла. Начало цикла.

Оригинал взят у tayna_gebo в Как всё было на самом деле
ЕЛЕНА МИХАЛКОВА·22 МАРТА 2016 Г.
"А Кот в сапогах стал знатным вельможей, – рассказывали про него. – И с тех пор охотился на мышей только изредка".
Слегка поправляя классика, существует ложь, наглая ложь и счастливые финалы сказок. Людей хлебом не корми, дай только присобачить к чему-нибудь хэппи-енд. К своим-то жизням не всегда получается, вот они и отводят душу на чужих.
На мышей кот охотился изредка, потому что после съеденного великана у него от них начиналась изжога. "Психосоматика как пить дать, - грустно думал он, провожая взглядом очередную несостоявшуюся добычу. - А что я могу поделать?"
Само собой, вокруг визг, писк, крики и опрокинутые табуретки. Мышь тем временем с достоинством удаляется под плиту в приятной компании шмата сала.
А Маркизу потом кухаркины жалобы выслушивать: "Ваш кот даже мышей не ловит!"
И вельможество продлилось недолго. Ровно до того момента, как наследник Маркиза и Принцессы расчихался, дёрнув его за хвост.
Что тут началось! "Аллергия! Аллергия! Ах, у нас в роду непереносимость кошек!"
Ну и выставили за милую душу.
Маркиз сам лично сапожки вынес. "Ты, – говорит, – извини, брат, что так вышло". И глаза отводит в сторону. Совестливый! Совестливые хуже всего. Сделают гадость, а мстить им никак не получается, поскольку понятно, что и так мучаются. Даже в ботинки не нагадишь: куража не хватает. Тьфу!
"Я за тебя не беспокоюсь, – говорит. – Ты же котик. Вас все любят".
И дверь замка закрыл изнутри. Как иллюстрацию к всеобщему обожанию.
А кот побрёл навстречу любви и признанию.
Позже, вдумчиво анализируя свои похождения и зализывая шерсть так, чтобы шрамы не бросались в глаза, он пришёл к выводу, что с двумя качествами ему не повезло.
Во-первых, окрас. Родиться чёрным котом в семнадцатом веке – не такая бесспорная удача, как может показаться.
Во-вторых, рост. То ли перепелиных яиц в детстве переел, то ли бабушка когда-то согрешила с лохматым канадским мастифом, но только люди непривычные по первости шарахались. А привычные сперва стреляли, а потом уже шарахались.
Впрочем, врождённые черты характера, как-то любовь к стёбу, глуму и троллингу тоже нельзя сбрасывать со счетов. "Если вы не скажете, что этот луг принадлежит маркизу Карабасу, вас всех изрубят в куски, словно начинку для пирога!"
Ха-ха! Грех смеяться над убогими, но что ж поделать, если других вокруг нет.
С таким нравом и обликом ему подолгу нигде не удавалось задержаться. Тот случай, когда три дня кряду гоняли вилами по всему селу, не в счёт.
Скитаясь, он выучил, что вдовы мстительны, а жёны злы. Что босому труднее, чем в сапогах, но значительно безопаснее. Что дураков каких мало в действительности на удивление много. Что добрее всех людей Поэты, даже если кричат и размахивают кулаками, но проку от той доброты чуть, ибо им самим вечно жрать нечего.
А что смеяться нужно до последнего, ему накрепко вколотили в бродячем цирке, с которым он шлялся пару лет, пока не выгнали за порчу циркового имущества. Всего-то и сделал, что подбил дрессированного пуделя цапнуть клоуна за тощую задницу. Обещал, что зрители будут в восторге. Ну и что, разве обманул?
Закономерный итог его странствиям настал в Париже. Недооценил кот булочника, которому являлся по ночам, извалявшись в муке, и выл, что он дух убиенного круассана. "Что ни говори, славная вышла шалость, – философски думал кот, бултыхаясь в мешке. – Хоть сладким полакомился напоследок".
Мешок встряхнули, и связанный кот шмякнулся на землю. Холодные языки речной волны предвкушающе облизывали берег в двух шагах от него. "Утопят, – с пробивающейся сквозь все заслоны самоиронии тоской понял кот. – Надо было дочке скорняка являться".
Что произошло затем, он не совсем понял. Только что булочник привязывал камень к его лапам, и вдруг выкатил глаза, зашатался, пал на четвереньки и ускакал в кусты. Только хруст сломанных веток затих вдали.
Кот попытался извернуться, чтобы увидеть, кто так перепугал его несостоявшегося палача. Но на голову ему снова надели мешок. А потом выстрелили им из пушки. Ни с чем иным кот не мог сравнить это чувство упруго обтекающего воздуха и бешеный свист в разом закоченевших ушах.
Полёт закончился так же неожиданно, как начался. На этот раз его бережно поставили на холодный мраморный пол, рассекли ножом веревки, и лишь затем стащили грубую дерюгу. Щурясь от ослепивших его свечей, кот огляделся.
В золоченом кресле напротив него сидел мужчина с острым подбородком и перекошенным на правую сторону ртом. "Не кресло, – понял кот. – Трон". А возле перекошенного стояла та, кто, по всей видимости, и притащил его сюда, а именно ослепительной красоты нагая женщина с жутковатым шрамом, пересекающим горло. "О. Из наших!" - одобрительно подумал кот.
А больше ничего не успел подумать, потому что женщина опустилась на одно колено и хрипло сказала, обращаясь к тому, кто на троне:
– Мессир! Вы давно искали питомца...

Tags: Лиса веселится, Сказка-быль
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments